Невидимки: Почему быть женщиной «средних лет» сложнее, чем бабушкой

90

Старение — естественный процесс, но готовы ли мы реагировать на появление морщин спокойно? Писательница Камилла Ное Паган размышляет о том, насколько это не просто и насколько это необходимо. 

Вчера вечером я нанесла ретинол на лицо, это средство против старения кожи. Я пользуюсь им уже давно, но морщины вокруг глаз не исчезают. Мой сын любит водить пальчиком по углубляющимся морщинам на моем лбу, просит показать «удивленное лицо», когда они еще больше углубляются, при этом я говорю, что мне не нравится эта игра. Тогда делает удивленное лицо он: «Мама, это же нормально!»

Даже мой 7-летний ребенок понимает, что старение — это нормально, но мне, человеку, который намного старше, трудно принять это. В этом году мне исполнится 40 лет, я войду в «средний возраст» и мне придется принять это, хотя весь последний год я пыталась справиться со страхом старения.

«Лучше быть старой, чем в среднем возрасте», — сказала однажды моя бабушка после визита к врачу. Она объяснила, что — да, здоровье и активность уже не те, но люди хотя бы придерживают двери для пожилой женщины, прислушиваются к ней, а в среднем возрасте этих привилегий нет.

Я вспомнила ее слова, когда недавно в супермаркете студент врезался в меня своей тележкой, взглянул как бы сквозь меня и покатил дальше. И это мое будущее? Стану ли я все еще более «невидимой»? Поп-культура говорит, что да. Достаточно включить любой канал телевидения, чтобы увидеть, что у женщины за 40 есть две опции: обратиться за помощью к пластическим хирургам и оставаться «видимой», либо смириться с морщинами и раствориться в массе. В нашем обществе царит культ юности.

Да, есть и обратная тенденция, ведь в мире теперь много ярких и активных женщин за 40, которые не собираются растворяться. Хелен Миррен блистает на обложках журналов со своей седой шевелюрой. Но на одну Миррен — дюжина девушек Кардашьян. Антиэйджинг — индустрия с оборотом в $250 млрд, поэтому ждать, что юность перестанет быть культом, в ближайшее время не приходится.

Случай в супермаркете задел меня настолько, что на следующий день я начала писать роман о женщине, которой 50, и которую мир не замечает, даже самые близкие люди. И этот роман напомнил мне о бабушке, о том, что в моем ощущении надвигающегося возраста много сыграла и ее смерть: когда уходит старшая в роду, ты понимаешь, что живой из этой жизни не выберется никто. Так я стала пристально присматриваться к женщинам среднего возраста вокруг.

Я уловила, что мужчины среднего возраста на женщин-ровесниц не обращают внимания. Женщины среднего возраста выглядят измученными и ставят свои нужды на последнее место, занимаясь обслуживанием членов семьи.

Как журналист, я решила взглянуть шире. Оказалось, что многие женщины с гордостью включаются в погоню за молодостью и соответствуют идеальной картинке: стройная женщина за 50 с прекрасными волосами и спортивной осанкой на пробежке. Актриса Анджела Бассет, которой 59, смотрится выигрышнее многих молодых коллег, ведущая Кристиана Аманпур, которой 60, выглядит и внешне и как профессионал так, как ее молодые коллеги могут только мечтать.

Вам также понравится — Потрясающая, здоровая и энергичная 70-летняя женщина доказала миру, что возраст — всего лишь цифра

Я снова вспомнила бабушку, которая сменила род деятельности, когда ей было за 50. Она ушла из супермаркета и открыла антикварный бизнес. Возможно, в этом возрасте перед ней мало кто придерживал дверь, но я помню, как она гордилась своим делом, которое любила и которое давало ей хороший доход. А не это ли ключ к тому, чтобы стареть красиво? Ведь мы тянемся к людям, которые довольны своей жизнь сколько бы им лет ни было.

Первая вычитка нового романа натолкнула меня на мысль: борьба с морщинами — это лишь отвлекающий маневр, чтобы занять чем-то свой мозг, чтобы не думать о том, как мы будем жить дальше, о близких, которые уходят, о наших амбициях, которым не суждено сбыться, о том как дети растут и отдаляются.

И если желание оставаться сексуальной — неполное биологическое оправдание этого страха, то все остальное — замаскированный страх смерти. Тогда, конечно, ты хочешь, чтобы тебе было (или казалось), 25 лет, а не 75, потому что седые волосы — напоминание о том, что ты скоро уйдешь небытие.

Роман, который я написала, «Женщина, которую последний раз видели в 30 лет», помог мне понять мои страхи. Каждый раз, когда я вижу новые изменения в моей внешности, я напоминаю себе, что у меня есть выбор: сожалеть о том, что было, или двигаться вперед.

Несколько дней назад я села писать роман, непохожий ни на что, написанное мной ранее. Я не смогла бы написать эту книгу в 30 лет или даже год назад. С первых предложений я поняла, что для этого понадобились десятилетия писательского и жизненного опыта. У меня мурашки по коже пошли от мысли, чем может стать эта книга, и какие книги я смогу написать, когда у меня будет еще больше опыта.

Возможно, это было совпадение, но вчера вечером, когда я увидела свое лицо без макияжа в зеркале, перед тем, как нанести лосьоны и сыворотки, которые должны были бы остановить время и ослабить гравитацию, я не увидела пигментных пятен, хотя они все были на месте. Я увидела женщину, глаза которой живо сверкали, воодушевленную своей работой. Я увидела силу, полученную в наследство от женщины, которая была в мире до меня. А еще — морщины, которые, по крайней мере, любит один маленький мальчик. И я подумала: «Недурно выглядишь!»